Большой террор_14

Участники событий 1917 года

Часть восьмая

Сотрудники дипмиссий

 

Трудно заподозрить Википедию в симпатиях к советской России.

Вот выдержки их неё: «В ноябре 1917 года на совещании представителей Антанты в Румынии с командованием Румынского и Юго-Западного фронтов русской армии был выработан план вооружённого противодействия установлению Советской власти на Украине и в Бессарабии с целью не допустить выхода России из войны. После захвата большевиками Ставки Верховного главнокомандующего в Могилёве военные представители союзников перебрались оттуда в Киев, рассчитывая на сохранение до весны хотя бы украинской части российского фронта. Были установлены контакты с атаманом Калединым, а затем с бежавшими на Дон и Кубань политическими и военными лидерами российской контрреволюции.

10 (23) декабря 1917 года на англо-французских переговорах в Париже было принято решение о разграничении зон интересов на территориях бывшей Российской империи и установлении контактов с национально-демократическими правительствами. Зоной интересов Великобритании были определены «казачьи и кавказские области», Армения, Грузия и Курдистан, Франции — Украина, Бессарабия и Крым».

«… Япония предложила США и союзникам начать совместные военные действия в Сибири в целях спасения значительных военных запасов, сосредоточенных во Владивостоке. Предложение Японии, подразумевавшее претензию на полную свободу действий в Сибири и захват Сибирской магистрали, наткнулось на энергичное противодействие США, … президент США Вудро Вильсон … был вынужден согласиться на интервенцию, … для скрытого противовеса Японии, Франции и Англии».

«Результатом подготовки Японии к активному выступлению в Сибири явилось появление на дальневосточной границе России формирований атамана Семёнова. … 5 апреля во Владивостоке был высажен японский десант. Тем временем иностранные миссии в Европейской России усиленно занимались вопросами подготовки и поддержки внутренних контрреволюционных сил — прежде всего, на Дону и в Центральной России — для свержения советского правительства».

Дальше-больше. Из статьи Андрея Купцова «БЕЛЫЙ ТЕРРОР ДЕ-ФАКТО И КРАСНЫЙ ТЕРРОР ДЕ-ЮРЕ».

В марте 1918 года была раскрыта подпольная организация. Она вербовала офицеров царской армии. Офицеров экипировали, давали деньги и отправляли на Дон к Корнилову и Каледину.

Графиня Ланская была активным членом этой организации. В её доме находилась штаб-квартира организации. Американский подданный, московский заводчик, В. А. Бари финансировал всю программу по вербовке и переправке офицеров на Дон. Когда его арестовали, то консульство США в Москве выступило в его защиту и представило официальное поручительство, настаивая на освобождении его до суда.

Когда Бари освободили, то он сбежал.

Революционный трибунал вынес приговор по делу Бари и других участников заговора: «Московский революционный трибунал считает вполне установленным, что американский гражданин В. А. Бари, пользуясь покровительством консульства США и его содействием, с 29 октября 1917 года по 26 марта 1918 года принимал активное участие в помощи врагам Советского государства… Это участие выразилось в том, что Бари по соглашению с бывшими офицерами Харлафовым, Кривошеиным и другими представителями буржуазии, и бывшим командным составом организовывал банды из контрреволюционно настроенных офицеров и студентов, снабжая их деньгами, продовольствием, обмундированием и отправляя их на Дон к генералам Каледину и Корнилову, заклятым врагам рабоче-крестьянской власти. Виновность Бари усиливается и тем, что он, пользуясь правами американского гражданина и защитой правительства США и помогая скрытым врагам революционного пролетариата, злоупотреблял именем трудящихся масс Соединённых Штатов. Ввиду изложенного Московский революционный трибунал заочно приговорил… скрывшегося от суда американского гражданина Бари объявить врагом всего трудящегося человечества, лишённым защиты рабоче-крестьянской власти, и в случае выдачи или поимки его по удостоверении личности расстрелять… Московское североамериканское консульство, представляемое Пулем и Лерсом, считать укрывателем преступника, содействовавшим побегу Бари, обманувшим доверие рабоче-крестьянской власти в России, привлечь которого к ответственности сможет один только американский народ» (Известия ВЦИК. 1919, 3 января).

Июль. 

Были разоблачены члены военных миссий «союзников», и в частности французской военной миссии, которые «под предлогом наблюдения за эвакуацией военнопленных эльзасцев, чехов, поляков, сербов разъезжали по городам России, где формировали польские и чешские легионы белогвардейских банд, финансировали их и занимались шпионажем».

Август. 

Раскрыта и ликвидирована английская шпионская группа в Петрограде, которую возглавлял доктор Ковалевский. Английское посольство финансировало программу снабжения бывших офицеров деньгами, фальшивыми документами и обмундированием и отправку их в белые армии.

Лето 1918 года.

Заговор трёх послов. Петроград. Советская контрразведка внедрила своих агентов в контрреволюционную группу, связанную с морским атташе английского посольства Фрэнсисом Кроми. Агенты выдавали себя за латышских офицеров, которые якобы представляли оппозиционные латышские воинские части, готовые участвовать в контрреволюционном заговоре. Питерские заговорщики свели «латышей» с Ф. Кроми, который предложил им поехать в Москву и связаться с начальником британской миссии Р. Локкартом для координации совместных действий по подготовке государственного переворота. Латыши уже у Локкарта заявили, что не желают ехать на Северный фронт и готовы договориться с командующим английским десантом (экспедиционным корпусом) генералом Ф. Пулем. Локкарт провёл совещание с французским генеральным консулом Тренером. «Мы решили свести обоих латышей с Сиднеем Рейли (штатный английский шпион евреиско-русского происхождения), который сможет наблюдать за ними и помочь в осуществлении их намерений» (Локкарт Р. Буря над Россией. Исповедь английского дипломата).

Локкарт от имени английского правительства и союзников обещал помочь латышам добиться независимости Латвии, советовал создать «Национальный латышский комитет» и подтвердил готовность финансировать заговор. Латыши в Москве обсуждают планы с Сиднеем Рейли, который в то время разрабатывал план государственного переворота. Всё должно было начаться с вооружённого выступления в Москве и Питере. Главным пунктом плана был захват всех большевистских лидеров в Москве во время заседания Совета Народных Комиссаров, которое должно было состояться 28 августа. Зная о том, что Берзинь (один из якобы латышей-контрреволюционеров) командует латышскими стрелками, охранявшими Кремль и членов советского правительства, Рейли предложил ему организовать захват всех членов СНК во время заседания совета, а также занять Государственный банк, Центральный телеграф, телефон и другие важные госучреждения. Рейли выдал деньги на подготовку заговора.

22 августа состоялось второе совещание Берзиня и Рейли. Обсуждался детальный план захвата Совета Народных Комиссаров и Ленина в том числе. Рейли: «Ленин обладает удивительной способностью подходить к простому человеку. Можно быть уверенным, что за время этапирования к месту заключения (предполагалось в Архангельск) он сумеет склонить на свою сторону конвойных и те освободят его. Поэтому было бы наиболее рациональным Ленина немедленно после ареста расстрелять» (Известия ВЦИК. 1918, 3 сентября).

Рейли посылает Берзиня в питерскую контрреволюционную организацию для координации действий…

В ЧК попало письмо французского журналиста Рене Моршана на имя президента Французской республики Пуанкаре: «Я присутствовал недавно на официозном совещании, вскрывшем неожиданным для меня образом огромную, тайную и в высшей степени опасную, на мой взгляд, работу… Я говорю о закрытом собрании, имевшем место в генеральном консульстве Соединённых Штатов… Присутствовали генеральный консул Соединённых Штатов господин Пуль и наш генеральный консул. Присутствовали союзные агенты. Случайно я был поставлен в курс замысла тем, что высказывали присутствующие агенты. Так я узнал, что один английский агент подготовил разрушение железнодорожного моста через реку Волхов. Достаточно посмотреть на географическую карту, чтобы убедиться в том, что разрушение этого моста обрекает на полный голод Петроград, потому что город фактически оказался бы отрезанным от всяких сообщений с Востоком, откуда прибывает весь объём продовольствия и особенно зерновые продукты, в которых и без того город испытывает недостаток. Один французский агент сообщил, что им была уже сделана попытка взорвать Череповецкий мост, что привело бы снабжение продовольствием Петрограда к таким же гибельным последствиям, как и в случае взрыва моста через Волхов, так как Череповец расположен на линии, соединяющей Петроград с Восточными областями (попытка не удалась чисто случайно, так как не сработал детонатор) … Затем шла речь о программе разрушения рельсов на различных линиях… Я полагаю, что уже достаточно сказал, чтобы на основании этих фактов выяснить сформулированные мною выше тяжёлые опасения. Я глубоко убеждён, что дело идёт не об отдельных, ничем не связанных действиях и планах агентов…»

Впоследствии Рене Маршан разъяснил: «В августе месяце 1918 года генеральный консул Гренар сказал мне, что меня предполагают оставить в России в качестве политического информатора, чтобы я смог посылать доклады о политическом положении в стране, и при этом заявил, чтобы я зашёл в пять часов вечера в здание американского консульства, где он познакомит меня с некоторыми людьми, которые тоже будут оставлены в России.

Я туда явился. Здесь американский генеральный консул представил мне как агента по экономическим вопросам графа Каламатиано… Там же были английский лейтенант Рейли и Вартимон, которые мне уже были представлены раньше во французском консульстве как агенты по подготовке разрушений на Украине, которая тогда ещё была оккупирована немцами. На этом собрании, к моему большому удивлению, я вынужден был услышать план взятия Петрограда с помощью блокады, которая будет организована с помощью взрыва мостов на большой магистрали Москва -Петроград. Это было для меня очень тяжело, потому что это означало для меня необходимость вступить в открытую войну с государством, с которым я тогда был сильно связан… Я счёл необходимым принять все меры, чтобы положить конец подобной подлости, и я это сделал. Фактически с тех пор я открыто перешёл в противоположный лагерь для борьбы против французского правительства, изменившего одновременно не только русскому, который никогда ему не давал и не мог дать подобных неморальных поручений…»

Террор.

В августе произошли покушение на Ленина и убийство Урицкого. Надо было принимать меры против «дипломатических» преступников, фактически находившихся в состоянии войны с советской Россией. Имелось также немало оснований считать их причастными к покушению на жизнь Ленина. Решено было ликвидировать заговор, не дожидаясь более удобного случая, когда заговорщики могли бы лучше подставиться. И это надо было сделать, не считаясь с дипломатической неприкосновенностью разведчиков и заговорщиков. Заместитель председателя ВЧК Я. Х. Петерс: «Предварительная работа по раскрытию этого заговора ещё далеко не была доведена до конца. При продолжении работ открылись бы всё новые и новые данные, пролетариат увидел бы, как Локкарт, пользуясь правом экстерриториальности, с помощью контрреволюционеров и бывших офицеров организовывал поджоги, убийства, восстания, готовил взрывы… Но после Ленинградских событий необходимо было немедленно производить аресты» (Пролетарская революция. 1924, № 10).

Август.

Измена в армии. Отдел военного контроля и чрезвычайная комиссия 4-й армии Восточного фронта ликвидировали в этой армии заговор. Цель заговора — открыть фронт уральским казакам. Во главе заговора стоял В.

Е. Бутурин, бывший штабс-ротмистр, который занимал в 4-й армии должность дежурного генерала. В его группе был ряд командиров 4-й армии, в числе которых и командир 2-го кавалерийского полка Бредихин, он в ночь на 20 августа должен был вывести преданный ему полк к передовой линии обороны и обеспечить коридор для прохода штурмовой группы белоказаков, которые были бы переодеты в форму красноармейцев. Эта группа должна была ночью начать резню, занять круговую оборону и открыть фронт для общего наступления.

Заговор трёх послов. В Петроград прибыл Дзержинский, а в Москве разгромом руководил Петерс. В 6 часов вечера 31 августа чекисты оцепили здание английского посольства на Дворцовой набережной и сразу заняли его нижний этаж. Началась перестрелка, в результате которой ряд чекистов были убиты и ранены, а из посольской публики, к сожалению, был убит тот самый шпион Кроми.

В тот же день были произведены обыски и аресты среди сотрудников английской и французской дипломатических служб в Москве.

Ночью 31 августа комендант Московского Кремля Мальков по поручению ВЧК явился на квартиру Локкарта, произвёл обыск и доставил английского дипломата и его помощника В. Хикса в ВЧК.

Но, в общем-то, это была демонстративная акция. Локкарт сослался на неприкосновенность дипломата и отказался отвечать на вопросы. Тем более, что первый же вопрос ему был задан такой: «Знаете ли вы Фанни Каплан?» (Киллер-баба, которая шмаляла в Ленина.) Всё было как в еврейской репризе: «Ты знаешь о том, что я знаю, что ты знаешь…»

По указанию Свердлова и Чичерина Локкарта отпустили на все четыре стороны. Но в ВЧК всё же были «кроты», и в ту же ночь шпионы Сидней Рейли, Анри Вертимон и Ксенофонт Каламатиано скрылись. В квартире Анри Вертимона, жившего в помещении католической гимназии при церкви Петра и Павла, кроме большого склада оружия, нашли ящик пироксилина, детонаторы и карты, украденные из Генерального штаба.

На московской конспиративной квартире Рейли (Шереметьевский переулок) задержали бывшую надзирательницу гимназии М. Фриде с пакетом, в котором был «документ № 12», где содержалась информация о формировании дивизий РККА в Воронеже, о графике работ Тульского оружейного завода, о количестве продукции патронного завода, сведения о том, что нехватка хлопка привела к сокращению выпуска взрывчатки… Выяснилось, что эта Фриде служит в американском консульстве в Москве и по совместительству подрабатывает связником шпионской сети. Пакет, который она несла Рейли, ей передал её брат Саша Фриде, который до 1917-го служил следователем Московской военной прокуратуры (отправляя солдат на виселицу), а опосля 1917-го работал в Управлении начальника военных сообщений (кадры решают всё). На его квартире был схвачен ряд агентов с донесениями для С. Фриде, который оказался резидентом разведсети. Фриде состоял на службе у Сиднея Рейли. Дальше всё пошло и поехало. Петерс отмечает: «Было арестовано свыше 60 человек, но за исключением брата и сестры Фриде и ещё нескольких лиц, против которых были все данные, обвиняющие их в шпионаже, против остальных арестованных прямых улик не было» (Пролетарская революция. 1924, № 10).

«Французское и английское правительства, западная буржуазная печать подняли шумную кампанию протеста против нарушений Советским правительством правил дипломатической неприкосновенности. В отместку англичане без всяких оснований арестовали в Лондоне представителя РСФСР М.М. Литвинова и его сотрудников. Совет Народных Комиссаров Северной коммуны в обращении «Ко всему цивилизованному миру» заклеймил позорную деятельность иностранных «дипломатов». «Неслыханные, чудовищные преступления совершаются на нашей земле», — говорилось в обращении, «- английская и французская буржуазия, гордящаяся своим мнимым демократизмом, взяла на себя задачу восстановления монархии в России… Англо-французскими шпионами кишмя кишат наши города. Мешки англо-французского золота употребляются на подкуп различных негодяев… Мы получили совершенно точные данные, что официальные английские представители подготавливали взрывы железнодорожных мостов около Званки и Череповца, для того чтобы отрезать нас от Перми и Вятки и тем оставить нас совсем без хлеба. Они готовили ряд взрывов наших фабрик и заводов. Подготавливали крушения поездов, подготавливали ряд террористических покушений… Мы не можем молчать, когда посольство превращается в конспиративную явку заговорщиков и убийц; когда официальные лица, живя на нашей территории, плетут сеть кровавых интриг и чудовищных преступлений против нашей страны».

Народный комиссар иностранных дел Чичерин 7 сентября 1918 г. заявил иностранным корреспондентам на созванном брифинге: «Дипломатические и военные представители Англии и Франции пользуются своими званиями для организации на территории РСФСР заговоров, направленных к захвату Совета Народных Комиссаров, с помощью подкупа и агитации среди войсковых частей, к взрыву мостов, продовольственных складов и поездов. Данные… устанавливают с несомненностью тот факт, что нити заговора сходились в руках главы английской миссии Локкарта и его агентов. Равным образом установлено, что здание английского посольства в Петрограде фактически было превращено в конспиративную базу заговорщиков… Поэтому правительство РСФСР поставлено в необходимость создать для лиц, уличённых в заговорах, такие условия, при которых они были бы лишены возможности продолжать свою преступную с точки зрения международного права деятельность».

«…Все интернированные представители английской и французской буржуазии, среди которых нет ни одного рабочего, будут немедленно освобождены, как только русские граждане в Англии и во Франции, и в районах оккупации союзных войск и чехословаков не будут больше подвергаться репрессиям и преследованиям. Английские и французские граждане будут иметь возможность немедленно покинуть территорию России, когда такую же возможность получат граждане России, когда эту же возможность получат российские граждане в Англии и во Франции. Дипломатические представители той и другой стран, и в том числе глава заговорщиков Локкарт, одновременно будут пользоваться возможностью возвращения на родину…» (Международная политика новейшего времени в договорах, нотах и декларациях. М., 1926. Ч. 2). Последнее говорилось в связи с тем, что пока шла эта тягомотина, все заговорщики отсиживались на территории нейтрального норвежского посольства, включая французского генерального консула Гренара.

Тогда произошло юмористическое событие. Кадровый разведчик, американский агент Каламатиано загримировал харю и с поддельным паспортом на имя студента Серповского попёрся в посольство США, его, естественно, там же и повязали. Главное, на чём прокололся этот придурок, так это то, что он мало того, что выглядел слишком вальяжно для русского студента, но он взял с собой солидную трость, вообще не присущую образу и облику русского студьёзуса… В этой-то трости и нашли кучу шифровок, записок и расписок в получении денег. Это была целая канцелярия. Каламатиано понял, что влип наглухо, и стал колоться по полной программе. И всё началось по новой. На конспиративной квартире этого горемыки устроили, как обычно, засаду и выловили кучу «гостей», в числе которых был представитель чехословацкого корпуса. В систему Каламатиано входили таможенники, связисты, служащие НКВД и другие полезные люди, вроде сотрудника Центропленбежа (Центральной коллегии по делам пленных и беженцев). Кстати, читатель, вы слышали про эту организацию? Ну это так уж, к слову…

Комментарии запрещены.

Посетители
Архивы